Среда, 2017-12-13, 8:31 AM
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Андрея Скоробогатова

Proza

Главная » Статьи » Рассказы вне циклов » Разное

Крот с котлетами
 
   - Будь осторожнее со свежесорванными котлетами, - предостерёг меня Кирилл Иванович. - Этот сорт только кажется лёгким и диетическим, можно легко получить несварение. Их лучше дополнительно прожаривать. И яичные пока не трожь, не поспели яйца пока.
   Я это знал и так - в отрасли работал не первый год. Бросил надкушенную котлету в ближайшую корзину утилизатора и коснулся треугольных серебристых листьев. Листья слегка дёрнулись и скрутились от моего прикосновения, обнажив шипы. Реакция хорошая. Если подпитать гормонами агрессии, то можно добиться высаживания на открытый грунт - дикие собаки быстро приучатся, что с котлетными деревьями шутки плохи. Так же было и у нас, на севере.
   - Вы давно возглавляете департамент необелковой флоры?
   - Пять лет, - сказал мой новоиспеченный начальник с гордостью. - Когда я пришёл сюда, тут не было ничего. Народ занимался банальной селекцией с необелковыми присадками и архаичной генно-модификацией. Про необелковую флору тогда в Барнауполисе только ходили неясные слухи. Типа, на западе народ уже вовсю кормится с деревьев, фермы остались только молочные. Бред, конечно, но мы сильно отставали. У нас же полис изолирован, даже наша Корпорация к международным сетям доступа не имеет. Только спецслужбы...
   - Я знаю, что вы мне рассказываете! - поспешил я ответить чуть обиженно. - Я хоть и из Угры, но живу здесь не первый год.
   Мы прошли под голографической вывеской "Опытная оранжерея N3 Инженерного центра необелковой флоры" и пошли в тамбурный узел. Сканеры прошлись лучами по телу, плотные струи воздуха провели обработку одежды.
   - Так почему ты сбежал из Конфедерации? - спросил Кирилл Иванович. - Только не говори, что из-за северного климата. В Угре самый высокий уровень жизни, и их меньше всего задело Ядерное Утро. У нас вон, под боком напоминание - до сих пор боимся соваться в Новосибирскую зону.
   - Сунулись бы, чего бояться. Скоро Кемеровское княжество поставит там колонии, потеряем удобный транспортный узел.
   - С ними у нас пакт. И зачем нам транспортный узел в Новосибирской, когда там кое-где радов можно больше получить, чем у нас народу. Так почему, ты не ответил?
   Я помрачнел. Правду говорить не хотелось.
   - Тоталитаризм. Угорская Конфедерация - это полицейское государство. Моего отца отправили на рудники за то, что он рассказал анекдот про Боева.
   - Это который ваш бывший президент?
   - Ага.
   Мы остановились у выхода из "закрытого периметра" Бионической Корпорации Барнауполиса. Мне предстояло работать в левом крыле, в офисном помещении, и я ещё раз взглянул в сторону коридора, чтобы в следующий раз не заблудиться. Мимо нас двое пронесли на носилках труп собаки - с непропорционально гигантской пастью и голой кожей. Я уже слышал о боевых разработках с использованием модифицированного вируса бешенства. Следом прошёл пожилой сантехник с куском трубы и сварочным аппаратом, посмотрев на меня тяжёлым взглядом. Лицом он напоминал злого, вконец обрусевшего Жерара Депардье - был такой французский актёр, известный в начале века. У бабушки в Югорске на кухне висел его бумажный портрет, и она рассказывала историю его жизни, когда я был школьником.
   Тогда я ещё не знал, кто этот сантехник на самом деле.
   - У вас что, ремонт? - спросил я начальника.
   - Да. Меняют отопление. Про отца - грустно. Но этого явно недостаточно! - Кирилл Иванович прищурился и словно попытался заглянуть мне в душу своими чёрными, как смоль, зрачками. - Что-то ещё, чего не хватает. Хоть ты и прошёл тесты, я не могу поверить твоей истории.
   - Женщина, - вздохнул я. - Дикая женщина с севера. Мы были вместе три года, но она переехала сюда работать в посольстве. Я терпел полгода и пошёл за ней.
   Кирилл Иванович кивнул и задумался.
   - В посольстве? Но ты же понимаешь, что у нас военные разработки. Конечно, из закрытого периметра невозможно ничего вынести без моего ведома, но, может, она "крот"? Законспирированный шпион? Модификантка, сдерёт с тебя кожу, натянет на себя, прочистит мозг, пройдёт все сканеры и залезет сюда? В наше время побеждает тот, кто заплатит больше.
   - Нет, что за ужасы. Она уволилась из посольства год назад, прошла тестирование и получила статус горожанина. Сейчас преподаёт в училище. Я уверен в ней. Ей нравится её новый дом, нам хорошо вдвоём, и я сразу сказал, что моя работа...
   - Я понял, - прервал меня Кирилл Иванович. - Но смотри, сохраняй режим секретности. Ведь у тебя четвёртый, предпоследний допуск.
  
   * * *
   Я был на распутье в тот день.
   Тощие модификантки вились на сцене, словно змеи телесного цвета. Встроенные в рёбра колонки стреляли стробоскопами по посетителям и стенам стрип-бара, а флуоресцентная кожа на грудях и бёдрах переливалась радугой и отображала осциллограмму играющего транс-джаза. Аудио-шнуры, вставленные в позвоночник и другие неожиданные места, были сугубо декоративными, на имплантированные колонки поступал сигнал по беспроводной связи из синтезатора, зашитого под кожу у одной из участниц. Я разбирался в этом. Единственного в представлении мужчину упаковали в голографический "плащ-невидимку", и его можно было опознать только по тёмным точкам глаз и преломленному свету от тел танцовщиц.
   Распиливая вилкой котлету, я обнаружил, что уже научился их различать - это оказался свежий урожай из оранжерей шестого сектора.
   Мне было непонятно, как начать разговор и к чему его вести. Я не мог говорить, но мне хотелось совета, понимания и капли женской интуиции, чтобы принять важное решение, поэтому я решил поговорить в необычной обстановке. Я был готов ко всему, и это "всё" произошло.
   - Хорошее место, - улыбнулась Вика. - Мне здесь нравится, хоть и не люблю стриптиз.
   - Угу, - кивнул я.
   - А тебе нравится?
   - Угу.
   - Слышал, скоро самолёт-дефицитник из Приморья прилетит. Сходим на рынок, купим что-нибудь?
   - Угу, наверное.
   - Матвей, ты какой-то молчаливый сегодня. Расскажи что-нибудь. Как твоя работа, чем занимался?
   - Проектировал, - пробурчал я с набитым ртом. Прожевался и договорил. - Что именно, сказать не могу, ты знаешь.
   На её лице уже не было огорчения, как в прошлые разы, когда я говорил о том, что моя работа секретная, и я этому даже обрадовался. Спросил:
   - Кстати, как ты относишься к сантехникам?
   - К сантехникам? Равнодушно. Да я и так догадываюсь, что ты проектировал. Какие-то деревья. Ты и в Угре этим занимался. Только раньше не молчал, делился со мной.
   - Разные режимы секретности.
   - Что с коллективом? Хороший? Общаешься?
   - Угу, - кивнул я. - Трудолюбивые. Кстати, завтра, возможно, я задержусь на работе.
   - Ты становишься трудоголиком, - обида всё-таки появилась. - За последние две недели в твоей жизни не осталось почти ничего, кроме работы, и то, о ней ты рассказываешь короткими фразами.
   - А что ты хочешь, - несколько резко парировал я. - Я полтора года шарашился по клубам, работал сторожем, ночным диджеем, звукачом и прочими товарищами, получающими копейки. Я потратил столько сил, нервов на то, чтобы пройти тестирование и пробиться в Корпорацию, чтобы получать больше - и ты теперь в чём-то меня обвиняешь? Это же будут наши деньги, общие.
   Вика насупилась, замолчала. Обычная женская тактика - изображать обиженную даже тогда, когда обижаться, в общем-то, не на что. Мужчина начинает извиняться, оправдываться, и женщина укрепляет свои позиции в паре. Эти приёмчики изобретены ещё задолго до Ядерного Утра, и в последнее время Вика стала прибегать к ним всё чаще и чаще.
   Это начинало выводить меня из себя. Вместо помощи и поддержки в сложный момент я получил порцию негатива.
   - Ты же наверняка ничего не придумываешь нового. Просто комбинируешь белковые формулы и схемы роста, спёртые из угорской "Бионики". Это так скучно, я же помню...
   - Всё, замолчи! - крикнул я. - Официант, счёт.
   Мне стало страшно, и я передумал рассказывать ей о своей проблеме. То ли сработала паранойя, возникшая после разговора с Кириллом Ивановичем, то ли просто наскучили её претензии. Женское любопытство ли это, или какой-то другой интерес - в любом случае её настырность начинает представлять угрозу для меня и корпорации, понял я.
   Но мне казалось, что я не прекращал её любить. И я не знал, что делать с завтрашним днём.
   Вика вжалась в кресло. С тех пор, как мы помирились, я очень редко повышал на неё голос. Мне таких трудов стоило снова её обрести, и она это понимала. Официант принёс счёт, я проверил содержимое, добавил графу "чаевые" и скинул сумму со смарт-карточки на платёжный планшет.
   Мы молча вышли на мрачную улицу. Электробусы ходят круглосуточно, а легковые машины могут позволить себе только директора и члены Городского Вече. Вика мёрзла на весеннем ветру, кутаясь в мой жакет, и молчала. Мне стало жалко её, я осторожно провёл рукой по спине, пытаясь примириться, но она дёрнулась и отстранилась от меня. Мы вошли в электробус, коснулись смарт-карточками считывателя. В электробусе были заняты все сидячие места, и несколько человек стояли в салоне.
   Нам оставалось ехать ещё шесть остановок. Вика скинула мой жакет с плеч и сунула мне в руки, не глядя в глаза.
   - Ты обиделась? - прервал я молчание. - Надень обратно, замёрзнешь же.
   Она не ответила. Электробус остановился на следующей остановке, вошёл пожилой горожанин. Двери начали закрываться, Вика посмотрела на меня колючим, злым взглядом, процедила сквозь зубы:
   - Ненавижу, - и выпрыгнула из закрывающихся дверей на тротуар.
   - Ты что! Водитель, останови!
   Электробус поехал. Водитель не слышал меня. Собственно, он и не обязан был останавливаться - график есть график.
   Я не мог понять, что на неё нашло. Вика никогда не поступала так раньше. Набрал её по смартфону, она не взяла трубку. Собственно, именно в тот момент я окончательно понял, что потерял её.
   Разговор так и не состоялся, но благодаря разрыву с Викой решение я всё же принял.
  
   * * *
   - Что, ни грамма?
   - Нет.
   - Прямо ни граммульки? - Кирилл Иванович шутливо прищурился. - Помню, когда я в двадцать пять потерял свою первую бабу, я не просыхал неделю. А ты, к тому же, расстаёшься с ней уже второй раз. И что потом, ты разобрался, где она?
   - Осталась у подружки. Вчера утром посылала мужа этой подруги, Серёгу, чтобы он забрал кой-какие вещи.
   - Ты отдал?
   - Конечно. Думаю, всё равно это было неизбежно. На неделе заберёт остальное.
   В коридоре слышались звуки циркулярной пилы - ремонт в офисе продолжался. Кирилл Иванович неторопливо прошёлся до двери кабинета и захлопнул её, чтобы шум и проходящие по коридору люди нам не мешали.
   - Надеюсь, вся... полезная информация, которая могла у неё быть, уже скопирована?
   - В смысле? - насторожился я.
   - Ну, я же навёл справки. Она тоже занималась генетикой и необелковой флорой... Вы же в "Бионике" познакомились? Она уволилась из "Бионики" раньше тебя и ушла в дипломатию.
   - Да, так и было. Когда мы... помирились, я находил пару интересных проектов у неё в файловом архиве, и она разрешила взять их себе. Она не считала их ценными, собственно, они и были вполне заурядными. Я принёс их сюда вместе со всеми.
   - Молодец. Получается, интересы корпорации выше личных?
   - Получается, так - я кисло улыбнулся.
   - Не скажу, что одобряю, но... наверняка она сохраняла интерес к отрасли и представляла опасность. Может, она продолжала работать на Угру. Бабы - они такие...
   Я посмотрел на часы. Время поджимало.
   - Наверное. Ну, что, я пойду дальше работать? Сегодня работаю над восемнадцатой хромосомой стебля, скину в обед модель.
   Начальник кивнул, я вышел в пустой коридор и подождал минуты две. Шум дрели и болгарки доносились из кабинета айтишника. Проходя мимо, я заглянул - дверь была открыта, а по полу тянулся длинный толстый кабель.
   - О, Матвей! - Слава, наш системщик, выбежал из кабинета, он старался перекричать шум, чтобы я его услышал. - У меня тут ЧП! Напарник в отгуле, в кабинете меняют трубы, а у меня помер сервер камер наблюдения! Можешь покараулить?! Я не хочу оставлять кабинет открытым вместе с этим!
   Он кивнул в сторону сантехника.
   - Хорошо, - согласился я.
   Слава убежал по коридору. Я постоял в дверях секунд тридцать, потом добежал до рабочего места айтишника и провёл по экрану пальцем.
   "Тонкий клиент" не был заблокирован, и с момента, когда Слава отлучился с рабочего места, не прошло и минуты. Консоль администратора - это шлюз в городскую сеть. Только администратор по указанию моего начальника может рассекречивать, выводить информацию из периметра - например, посылать какие-то фрагменты работ в Комитет обороны. И сейчас не требовалось никакого пароля и карты, чтобы сесть на его место - комп всё ещё думал, что перед ним его владелец.
   Более того, на экране консоли я обнаружил открытую папку файлового хранилища. Как раз перед этим было ежедневное архивирование файлов, и Славу застала врасплох авария оборудования в оранжерее.
   Бедный парень, совсем заработался. Меня даже не удивляло, что всё получилось с первой попытки.
   Пробежался по папкам серверного хранилища с кодом доступа "Пять". Заархивировал папки "Зверь-4" и "Киборг-5". Я уже знал, что это такое: разработки зомби-модификаций для собачьих гибридов и модифицированные клоны-исполины. Добавил в архив котлетные деревья и нефтеносов из своей же рабочей папки, сверился с часами и стал искать ещё...
   Сантехник с лицом Депардье продолжал долбить стену в углу перфоратором, всё ходило ходуном. На секунду всё прервалось, и мой наниматель посмотрел на меня, остановив работу.
   - Получилось?
   - Угу, - ответил я, не отрываясь от экрана. - Заканчивай работу, наши билеты сегодня пригодятся.
   Прошло ещё полторы минуты. Я стоял у дверей кабинета айтишника. Слава возвращался.
   - Получилось? - спросил я.
   - Да там кто-то из ремонтников перерубил шнур питания, - сказал он, вбегая в свой кабинет. - Козлы! Я же просил не трогать, а они...
   Он продолжал говорить, а я пошёл в свой кабинет за вещами. Слава ещё не знал, что парой минут ранее с его рабочего почтового ящика на безымянный ящик в городской сети ушло письмо с десятком архивов и следующим содержанием:
   "Привет, Крот!
   Как и договаривались, посылаю тебе наши проекты. Деньги при встрече.
   Слава".
   Было разбирательство, возможно, бедного Славу даже посадили за соучастие, потому что настоящего Крота, то есть меня, так и не нашли. Уже через пару часов я на борту самолёта-дефицитника вместе с бывшим сантехником улетел в Приморье, где меня и мои украденные архивы ждала совсем другая корпорация.
   В играх корпораций побеждает всегда та, которая заплатит кроту больше.
   А ещё через пять лет, под сенью котлетных деревьев в оранжерее на берегу Тихого Океана я обрёл новую любовь.
  
Категория: Разное | Добавил: Silvester (2014-11-07)
Просмотров: 591 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Ссылки

  • Фестиваль и издательство "Аэлита"
  • Категории раздела

    Вход на сайт

    Поиск

    Статистика


    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0